Библиотека, читать онлайн, скачать книги txt

БОЛЬШАЯ БИБЛИОТЕКА

МЕЧТА ЛЮБОГО


Стихи лирики фета

Новосёлки, ныне Мценского района Орловской обл. Шеншина и Каролины Фет; был записан сыном Шеншина. Однако в 14 лет выяснилась юридическая незаконность этой записи, что лишило Фета всех дворянских привилегий. Первый сборник стихов - "Лирический пантеон" 1840. К началу 60-х гг. Незадолго до этого Фет вышел в отставку и занялся хозяйством в своём поместье; мало писал в это время. Только на склоне лет поэт вернулся к творчеству, выпустив 4 сборника стихов под общим название "Вечерние огни" 1883 -91 гг. Своеобразие психологизма Фета в том, что он с несвойственной дотоле рус. Поэзия Фета музыкальна, мелодична. Поэт предпочитает подчас иметь дело не со смыслом, а со звуком, особо податливым материалом для выражения сиюминутного настроения. Фет известен как переводчик Горация, Овидия, Впервые перевёл на рус. Шопенгауэра "Мир как воля и представление" 1881. Автор мемуаров "Мои воспоминания" ч. Многие стихи Фета положены на музыку. Особенности нашей науки таковы, что в начале почти любого разговора имеет смысл уточнять или оговаривать значение терминов, которыми автор предполагает пользоваться. Один из таких терминов - лирика. Это - вовсе не синоним понятия "поэзия"; это вид литературного творчества, предполагающий выражение субъективных эмоций автора, а не изображение объективного мира как в эпических произведениях. Но "Я", от лица которого пишет поэт, чьи чувства и желания он выражает, все же не равен автору, поэту: биографический автор и "Я" поэтическое находятся в разных реальностях: один в эмпирической, другой - в художественной. Обозначается это поэтическое "Я" термином "лирический герой" - и все, что происходит с этим "Я" в стихотворении, есть сюжет лирического героя, а не реального поэта. Расстояние между поэтом и его лирическим героем может быть минимальным - как у Жуковского, Лермонтова, Блока, а может быть весьма значительным, как во многих стихотворениях Некрасова. У Фета это несовпадение человека и поэта, как говорили современники, или - точнее - личности поэта и его лирического героя принципиально. Одним из первых это заметил Лев Толстой: "И откуда у этого добродушного толстого офицера берется такая непонятная лирическая дерзость, свойство великих поэтов? Боткину 9 июля 1857 г. А через тридцать с лишним лет Полонский писал Фету: "По твоим стихам невозможно написать твоей биографии или даже намекать на события из твоей жизни" п. Страхова, то же декларировал и сам поэт: "Он говорил, что поэзия и действительность не имеют между собою ничего общего, что как человек он - одно дело, а как поэт - другое" Вступительная статья к Полному собранию сочинений Фета. У лирического героя Фета нет пути, поэтому его стихи расположены в сборниках не по хронологии; циклы образуются за счет тематического или эмоционального единства "Гадания", "Осень", "Снега" и могут, как цикл "Мелодии", например, включать стихи 1840-х и 1880-х годов. Из первого сборника "Лирический Пантеон", 1840 Фет взял в последующие 1856 и 1863 только два антологических стихотворения в сборник 1850-го г. Стихи 1840-х - 1850-х годов - вполне фетовские - их особенности будут заметны и в позднем творчестве поэта. Вслед за Жуковским Фет уже в ранних стихах утверждает невыразимость Божьего мира и внутреннего мира человека в слове. О, если б без слова Сказаться душой было можно! Не случайно в стихах Фета так много неопределенных местоимений и наречий - они выражают мечты, сны, грезы лирического героя - самые характерные его состояния. Важно впечатление уже современники заговорили об "импрессионизме" поэзии Фета. Как и Жуковский, Фет не столько изображает, сколько передает субъективное состояние лирического героя; его чувством окрашен пейзаж, его не до конца внятные ощущения определяют отрывочность, фрагментарность стихов. Ярким солнцем в лесу пламенеет костер, И, сжимаясь, трещит можжевельник; Точно пьяных гигантов столпившийся хор, Раскрасневшись, шатается ельник В этом стихотворении 1859 года с ночью связаны слова "пламенеет", "ярким солнцем", "прогрело", "искры", а с днем - "скупо", "лениво", "мерцающий", "туман", "почернеет"; разумеется, речь идет не о традиционном и общепонятном восприятии природы, а о субъективном, нередко парадоксальном ощущении лирического героя сходно изображена зимняя ночь в стихотворении "На железной дороге", 1860. При этом повод к стихотворению, тема его объявляются Фетом неважными; Полонский вспоминал: "Фет, бывало, говорил мне: "К чему искать сюжета для стихов; сюжеты эти на каждом шагу, - брось на стул женское платье или погляди на двух ворон, которые уселись на заборе, вот тебе и сюжеты". В пейзажах Фета важнее всего мимолетные состояния, окрашенные, как уже говорилось, чувством лирического "Я" "Старый парк", ""Вечер". По-видимому, с этим связана и "безглагольность" некоторых его стихотворений см. Поэт словно отказывается от попытки словом выразить свои ощущения, передать другому свои чувства. Это можно сделать лишь звуком - навеять другому на душу то, что чувствуешь сам: Поделись живыми снами, Говори душе моей; Что не выразишь словами - Звуком на душу навей. Чайковский писал о Фете: «Это не просто поэт, скорее поэт-музыкант, как бы избегающий даже таких тем, которые легко поддаются выражению словом». Фет в лучшие свои минуты выходит из пределов, указанных поэзии, и смело делает шаг в нашу область". Узнав об этом отзыве, Фет написал своему корреспонденту: "Чайковский как бы подсмотрел то художественное направление, по которому меня постоянно тянуло и про которое покойный Тургенев говаривал, что ждет от меня стихотворения, в котором окончательный куплет надо будет передавать безмолвным шевелением губ. Меня всегда из определенной области слов тянуло в неопределенную область музыки" цит. Очерк жизни и творчества. Еще в 1867 г. Все вековечные поэтические произведения от пророков до Гете и Пушкина включительно, в сущности, музыкальные произведения - песни". Музыкальность поэзии Фета заключается не только в том, что многие его стихи положены на музыку, и не только в том, что во многих из них музыка, пение - основная тема, но в самой структуре его стихотворений. Это прежде всего звукопись: Зреет рожь под жаркой нивой, И от нивы и до нивы Гонит ветер прихотливый Золотые переливы. Слова: "звуки", "налетели", "шепчет", повторяясь, создают мелодию стихотворения - тем, в частности, что появляется внутренняя рифма подробнее о различных видах ритмической организации поэтического текста см. Можно заметить в стихах Фета и синтаксические повторы - чаще всего в вопросительных или восклицательных предложениях: Последний звук умолк в лесу глухом, Последний луч погаснул за горою, - О скоро ли в безмолвии ночном, Прекрасный друг, увижусь я с тобою? О скоро ли младенческая речь В испуг мое изменит ожиданье? О скоро ли к груди моей прилечь Ты поспешишь, вся трепет, вся желанье? Часто повторяются целые строчки и даже строфы - создается кольцевая композиция "Фантазия", "Свеж и душист твой роскошный венок"смысл которой не исчерпывается романсной интонацией; поэт как бы раскрывает, разворачивает мгновение, останавливает его, показывая громадный смысл одного лишь мига в жизни природы или человека. Так, в стихотворении "Сияла ночь. Луной был полон сад…" повторы "что одна - любовь", "тебя любить, обнять и плакать над тобой" выражают, кажется, одну мысль: все, что протекло между двумя встречами, "много лет, томительных и скучных", не стоят одного мгновения полноты жизни, полноты, вызванной пением женщины подробное сравнение этого стихотворения с пушкинским "Я помню чудное мгновенье" см. О "Вечерних огнях" Не менее оригинален Фет и в метрике; многие его открытия будут подхвачены поэтами XX века. Одним из первых Фет обращается к верлибру: Чаще всего мне приятно скользить по заливу Так - забываясь Под звучную меру весла, Омоченного пеной шипучей, - Да смотреть, много ль отъехал И много ль осталось, Да не видать ли зарницы. Очень часты у Фета строфы с чередованием коротких и длинных строк, причем впервые в русской поэзии появляются строфы, где короткий стих предшествует длинному: Сад весь в цвету, Вечер в огне, Так освежительно-радостно мне! Вот я стою, Вот я иду, Словно таинственной речи я жду. Эта заря, Эта весна Так непостижна, зато так ясна! Счастья ли полн, Плачу ли я, Ты - благодатная тайна. Фет чередует не только разностопные строки, но и написанные разными размерами - анапестом и дактилем "Только в мире и есть, что тенистый", 1883ямбом и амфибрахием "Давно в любви отрады мало", 1891 ; одним из первых русских поэтов он обращается к дольнику "Свеча нагорела. Портреты в тени", 1862. В особенностях рифмовки поэт столь же "смелый экспериментатор" Унылыми глазами С унынием в душе гляжу вокруг; Последний лист разметан под ногами, Последний лучезарный день потух. Лишь ты один, со смертью общей споря, Темно-зеленый тополь, не увял И, трепеща по-прежнему листами, О вешних днях лепечешь мне как друг. Эта непривычность остро ощущалась современниками - так, по поводу стихотворения "На двойном стекле узоры» 1847 г. Сенковский глумливо замечал: " на стекле мороз чертит узоры, а девушка умна, и г. Фет любит созерцать утомления. Я не понимаю связи между любовью и снегом" цит. Сборник 1856 года редактировался Тургеневым - "и издание из-под редакции Тургенева вышло настолько же очищенным, насколько изувеченным" Фету всегда было тесно в пределах слова, в узких для него рамках поэзии, поэтому он часто прибегал к помощи звуков, мелодии, музыки, сочинял свои стихотворения как музыкальные произведения, по законам гармонии. Благодаря этому большинство его произведений легко ложатся на музыку. Прекрасные романсы написаны на слова Фета. Наиболее известные: "На заре ты её не буди…" Варламова, "Я тебе ничего не скажу…" Чайковского, "О, долго буду я в молчанье ночи тайной…" Фет обладает удивительным умением психологически точно передавать ощущения, настроения, впечатления от движений собственной души, их полутона, оттенки, которые не поддаются описанию и не имеют определённого названия, однако они в то же время воспринимаются как что-то родное и знакомое, внимательный читатель улавливает их, иногда даже неосознанно. Сороковые годы 19 века - эпоха непоэтическая, но еще менее расположены к стихам были 1860-е - 1870-е годы с их утилитарностью и логикой. Это было самое тяжелое время для поэзии - в том числе для поэзии Фета. Его стихи стали предметом множества пародий - прежде всего из-за своей непонятности, но и за то, что никак не связаны со злобой дня. Решительнее всех выразился Писарев: в статье "Цветы невинного юмора" он предрекал, что двухтомное собрание стихотворений Фета 1863 г. Фет унизится таким образом до того, что в первый раз станет приносить своими произведениями некоторую долю практической пользы". Фета критика не переубедила. Он сознательно противопоставил свою жизнь, взгляды и поэзию господствующему направлению. Никогда он не допускал смешения искусства и обыденной жизни - в предисловии к III выпуску "Вечерних огней" сказано: " жизненные тяготы и заставляли нас в течение пятидесяти лет по временам отворачиваться от них и пробивать будничный лед, чтобы хотя на мгновение вздохнуть чистым и свободным воздухом поэзии". Никогда он не признавал за искусством каких бы то ни было целей, кроме воспевания красоты. Только песне нужна красота, Красоте же и песен не. Только пчела узнает в цветке затаенную сладость, Только художник на всем чует прекрасного след. Отсюда устойчивый мотив в поэзии Фета: особая роль поэта, великое назначение искусства - воспеть и тем самым сохранить красоту. Творчество, по Фету, несознательно, интуитивно; поэт это резко сформулировал в статье "О стихотворениях Тютчева" 1859 :"Кто не в состоянии броситься с седьмого этажа вниз головой, с непоколебимой верой в то, что он воспарит по воздуху, тот не лирик. Но рядом с подобной дерзостью в душе поэта должно неугасимо гореть чувство меры". Как видим, дерзость и безумие лирического поэта сдерживается все же не мыслью, а чувством меры. О бессознательности творчества говорится и в стихах: Не знаю сам, что буду Петь, - но только песня зреет. Эпитет "безумный" часто встречается и в стихах, и в прозе Фета - и всегда с положительным оттенком. Но экстатичность поэзии не исключает, по Фету, а требует зоркости - "зоркости в отношении к красоте" "О стихотворениях И в любовных стихотворениях Фета тема красоты — главная. В любви поэт находит ту же полноту чувства жизни, что и в природе и в искусстве. Но любовное чувство изображается в стихах Фета так же фрагментарно, отрывочно, неопределенно, как и другие состояния души лирического героя. Миг, мгновение - вот художественное время любовной лирики Фета, причем часто эти мгновения принадлежат воспоминаниям, это - воскрешенное поэтом прошлое "Когда мои мечты за гранью прошлых дней",1844. Фет был пессимистом; его любимый философ Шопенгауэр Фет перевел главный труд Шопенгауэра - "Мир как воля и представление" учил, что жизнь есть бесконечная череда страданий. Единственный выход из кошмара повседневности, единственное средство преодоления трагизма жизни - искусство. Но Фет был наделен чувством красоты в высшей мере: Не жизни жаль с томительным дыханьем, - Что жизнь и смерть? А жаль того огня, Что просиял над целым мирозданьем, И в ночь идет, и плачет, уходя.



copyright © metod.dengi-veka.ru